Позиция, выраженная главой МИДа России Сергеем Лавровым, касающаяся Контактной группы по Ливии, не вызвала, как того можно было ожидать, ни возмущения политиков, стоящих у истоков данной инициативы, ни широкой экспертной дискуссии. Это произошло потому, что ни в России, ни в мире ее не восприняли как часть хитроумной многоходовой внешнеполитической комбинации. Ее поняли, как естественную предосторожность такого государства как Россия - единственного, возможно, посредника в конфликте, который заинтересован не столько в победе одной из сторон, сколько в решении конфликта во всей его глубине.

Иными словами - поняли адекватно.

Слово "победа" в контексте ливийской ситуации и следует считать ключевым понятием, против которого было направлено заявление Сергея Лаврова. Позиция России остается практически уникальной. Альянс считает Каддафи безусловным воплощением зла, и не намерен считаться с мнением его сторонников, будь они гражданами Ливии, или любой другой страны.

В то же время, на западе, и прежде всего, в США, не торопятся, как это показали последние события, признавать легитимность ливийской оппозиции. Скорее, поведение участников альянса (опять-таки, прежде всего - США) можно оценить, как стремление использовать оппозицию в качестве инструмента для захвата силового влияния в стране, дальнейшего выявления и построения контактов с местными элитами, которые станут основой для будущего подконтрольного западу и ориентированного на западные ценности правительства страны.

Контактная группа в этом случае, в силу того, что ее статус в международном праве является недостаточно определенным, становится структурой, которая окажется способной в некоторых решениях выйти из-под контроля Совета безопасности, то есть, фактически - подменить его собой. Подобное решение уже было принято на втором заседании контактной группы в Риме, когда было признано право Переходного национального совета (ПНС) на использование замороженных ливийских активов в гуманитарных целях.

Россия, оставаясь, как уже говорилось выше, единственным по-настоящему влиятельным противником радикальных решений - политики "полного уничтожения сил зла" (в крайнем случае - их гарантированного удаления с политической сцены) - была вынуждена дистанцироваться от контактной группы, сохранив нейтралитет. Это решение, возможно, было единственным действенным способом сохранить плюрализм политических устремлений внутри альянса, благодаря которому решения и действия Контактной группы останутся подотчетными мировому сообществу.

Это стремление России было в достаточной степени "услышано" политиками и международными экспертами, поэтому развернутого потока негативных реакций вокруг заявления Сергея Лаврова о том, что Контактная группа не может брать на себя роль "третейского судьи" в ливийском вопросе, не возникло.

Как ни странно, уникальность российской позиции остается проблемой и для самой России. Россия - единственное из государств, готовое встречаться и разговаривать на равных условиях как с эмиссарами Каддафи (что и произошло 17 мая в Москве), так и с лидерами повстанческого ПНС - "Переходного национального совета Ливии" (которые пока отложили свои контакты с российской стороной), сталкивается с определенным дефицитом понимания.

Не только на западе, стереотипы которого в отношении Каддафи давно определены и вполне единодушны, но и в самой России не так уж много тех, кто достаточно глубоко осознает всю важность российского подхода. Если говорить о российском общественном мнении, оно отличается почти детским максимализмом. В нем доминируют либо яростные сторонники запада, считающие Каддафи почти личным врагом, либо еще более яростные сторонники Каддафи, готовые чуть ли ни с оружием в руках немедленно выступить в поддержку его режима.

Соответственно этому раскладу мнений, оценка в России заявления Сергея Лаврова о "нелегитимности Контактной группы" воспринимается либо как запоздалое и неловкое стремление сохранить лицо "друга Ливии" (Ливии Каддафи) перед арабским (мусульманским) миром, либо как попытка столь же неловкого противодействия "благотворному влиянию запада".

Хронология событий:

- 29 марта 2011 - Контактная группа по Ливии создана в ходе Лондонской международной конференции. Как гласит организационный документ, "участники конференции согласились учредить Контактную группу по Ливии. Эта группа будет встречаться для общей политической координации международных усилий в тесном сотрудничестве с ООН, Африканским Союзом, Лигой арабских государств, Организацией Исламская Конференция и Европейским Союзом для поддержки Ливии". В оговоренной концепции, НАТО берет на себя функцию по осуществлению координации военной операции в Ливии, ООН - усилия по гуманитарной помощи и долгосрочной стабилизации. Российский МИД реагирует на создание группы позитивно: "По поводу того, как эта резолюция (резолюция Совбеза 1973, ред) выполняется, высказывают самое разное мнение, и если встреча в Лондоне и ожидаемое создание какого-то механизма, контактной группы - если все это поможет выполнять более четко поставленную Советом Безопасности ООН задачу, если это позволит избегать расширительного толкования выданного Советом Безопасности мандата и избегать каких-то осложнений, тем более жертв среди гражданского населения, - то это уже будет полезно", сказал 29 марта Сергей Лавров.

- 13 апреля - состоялось первое заседание Контактной группы в столице Катара Дохе.

- 5 мая - состоялось второе заседание Контактной группы в Риме. В римской встрече приняли участие представители 22 стран, шести международных организаций, в частности, ООН, Лиги арабских государств и Организации Исламская Конференция, а также четырех стран-наблюдателей.

- 13 мая - министр иностранных дел России Сергей Лавров, находясь с российскими журналистами в Алма-Ате, куда прилетел на встречу министров иностранных дел стран Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), назвал контактную группу по Ливии "нелегитимной с точки зрения международного права". По словам Лаврова, контактная группа - это "в общем-то самодеятельно организованная структура, которая сама себя провозгласила неким механизмом, отвечающим за выполнение резолюций (Совбеза ООН 1973)".

- 14 мая - Делегация ливийских повстанцев во главе с их лидером Махмудом Джибрилем прибыла в Вашингтон, где прошла их встреча с представителями Госдепартамента США. Официального признания властей США повстанцы (Переходный национальный Совет, ПНС) не получили. "С этой организацией можно вести переговоры. Но, вы знаете, мы не до конца поняли, какими возможностями они располагают. Совет создан совсем недавно, им не на что равняться. Ливия больше сорока лет - под гнетом тирании", сказал представитель Госдепа, и.о. заместителя начальника его пресс-службы Марк Тонер.

- 14 мая - в Париже президент Франции Николя Саркози принял главу ливийского Национального переходного совета Махмуда Джибриля.

- 17 мая - в Москве состоялась встреча представителей Муаммара Каддафи с главой российского МИДа Сергеем Лавровым. На встрече представители официальных властей Ливии высказали заинтересованность в посредничестве России в мирном урегулировании конфликта. Глава российского МИД, в свою очередь высказался о необходимости наглядной демонстрации готовности к сотрудничеству со стороны официального Триполи и призвал к выводу военных подразделений из городов и сотрудничеству с гуманитарной миссией ООН.

- Представители руководства повстанцев из Бенгази, которых ожидали в Москве приблизительно в то же самое время (18 мая), попросили перенести встречу.

- Третье заседание Контактной группы по Ливии состоится в Объединенных Арабских Эмиратах во второй неделе июня, сообщил министр иностранных дел ОАЭ Абдулла бин Зайед аль-Нахаян.